Однажды на терапию ко мне пришла женщина средних лет Л. с запросом: «Мне страшно выступать на публике, записывать видео с собой и проявляться в социальных сетях». Терапия была недолгой — 5 или 6 встреч. На одной из сессий мы работали по упражнению «Деформированный предмет». Л. описала свой образ так: скомканный в шар лист тонкого металла серого цвета, перетянутый старым, толстым металлическим обручем. Шар, сказала Л., принадлежит ей, а обруч — нет. От обруча шли слова: «Терпи, не проявляйся». Исследуя образ шара, Л. вышла на воспоминания о буллинге и травле в школе, когда ей было 12 лет. Это было травматично, и тогда ей пришлось даже поменять школу. Мы начали работу с образом обруча, который сдавливал и от которого шли слова: «Терпи, не проявляйся». Это был интроект, «доставшийся по наследству» от мамы Л. Позже выяснилось, что мама также в школьные годы переживала буллинг и, не прожив свою травму, не смогла дать дочери ту поддержку и опору, в которой та нуждалась. Вместо этого она передала Л. свою стратегию — терпеть и не проявляться. В терапии мы давали поддержку травмированной части личности Л., возвращали ответственность агрессорам, работали над восстановлением внутренних границ, со стыдом и возвращали клиентке чувство самоценности. Образ скомканного шара постепенно раскрылся и оказался тонкой филигранной вазой из серебра. На языке бессознательного «ваза» и все сосудообразные формы в 99% случаев являются образами женственности и сексуальности. В 12 лет, когда идёт переходный возраст и в девочке зарождается женственность, в этот нежный период она терпела злые насмешки и поступки одноклассников в адрес её внешности. В завершение сессии мы вышли в ресурсное состояние, воспоминания об этом опыте перестали быть травматичными и влиять на настоящую жизнь клиентки. Сейчас Л. с вдохновением проводит онлайн-курсы, выступает на публике и ведёт свои соцсети. От прежнего страха у неё теперь остался только вдохновляющий трепет перед выступлениями.